the Polish NO «autumn leaf fall» - 1. Польский НЕлистопад - 1.

My first acquaintance with the poles was held in the spring of 2000. Then the head of the expedition was Piotr Pustelnik. He carefully helped the young warrant burn forces in exile. A kind word, a true eye, the equipment at the right moment, they had to support the way to the top. And he did it.
Then fortune smiled upon me at the end of 2002. The airport of the city of Bishkek was released a Short man with a mustache, and forceful gaze. Glancing they Kazakhstan deuce participants of the winter expedition to K2, he said:
- I think to devide you. By groups, friends, by groups.
If would have known then as Krzysztof Wielicki turned out to be close to reality. A group from the former Soviet Union divided the life, but... Ah, this strange fate! Plexus Unreality threw me in the direction of Poland. Let unsuccessful expedition! But in the team were real people. Peter Morawski who installed a tent Fourth camp above all in the history of the winter projects on K2. Pan Bogdan Jankowski, warmth and Russian music conclusions are me out of my solitude.
Marchin Kachkan, who fearlessly went to attempt the summit bid. Krzysztof Wielicki, the only one of the poles who supported the storm and brought to a sick friend a drink of water. Jacek Teler, Maciek Pawlikowski and others who helped to make an important right thing...
A few years clever sincere guy named Boguslav Magrel invited me to the festival in Bukowina. People lived mountains! I liked it; and after a couple of years, I COULDN'T imagine NOT be in Poland. On the case whether, in practice, the conversations «for the life», for literature.
- If you will translate the following book, let them give me the examination, - said pan Bogdan Jankowski.
- Is it bad?
- It was really great - intelligently DON’T objected me pan Bogdan. - But to test, because in any case... civil translation is Inaccurate for readers versed in mountaineering.
Yes. The theme of the mountains there was a huge number of people. The first time I was in Poland, I was amazed at the number of people in outdoor-gear. Just on a normal street, among the houses were walking with backpacks, trekking shoes, wind-proof jackets, under the hoods... Poland In the autumn cold, dank. Such clothing was practical, bright, comfortable.
«Well, - I thought. It’s Krakow, a city of students and youth. But in other towns where the population is older, they all go in civilian».
So understand my interest, when the streets of many cities in Poland I have seen many people like coming down from the ascents, or assembled in the trekking under the Everest. For me it was a discovery that has a culture with not blinkered view of life. Dressed in the most practical and modern, made for the best protection from harmful weather conditions.
This interest to the mountains resulted in the fall of 2013 all the climbing Poland trembled. The tragedy at the winter broad peak, as the death of Artur Haizer on the summer Hidden split the community into two camps. The poles have always been famous for the fact that each had his own opinion, and intend to defend this opinion. In medieval times hetmans and gentry, that in the period between the world wars.
In September 2013, and I had to get in the cross hairs. The festival in the city Ladek Zdroy had to get from Prague. The happiness here worked Adam Pustelnik, the son of the head of my first Himalayan expedition. What a small world! He took with him into the car. Drinking coffee at the gas station, Adam spoke about a wide resonance, which gained events - about ethic confrontation, the Commission, the devastating article, nerve discussion, about his father, caught up in a boiling passion.
The first night, cold and rigid and, (come dressed "civilized"and not according to the rules of Poland) I got on the memoirs of friends about Artur Haizer. One of the good films was assembled by Marchin Kachkan. After so many years it was nice to see his smile, hear modest speech. He is Incorrigible romantic, scientists-book-lover. Then followed the story of young poles Adam Bielecki and Artur Małek about the expedition to broad peak in the early winter of 2013. To my joy, on one side of the stage Wielicki was sitting with them. And as always sharply, direct phrases tried to correct the Awkwardness and the tragedy of the situation. Opposite them put some Commission from... well I DON'T know! At this point I was scared and Uninteresting. And I escaped. Realized that now execution begins.
I feel sympathy to Adam Bielecki, despite our meeting was short. In his eyes I saw that same daring madness that watch in the mirror. It was a reflection – with all the weaknesses and strength, but lived in it fire. The one that helped him climb the hidden and broad winter in the most severe conditions. Adam was a «fighter». And it was NOT for me to judge him.
So when they started asking questions on the topic «who is to blame and what to do», in my power was only - advice to all of us indulgence. And NOT to kill a super-achievement of the Polish Mountaineering School. The dreams of Artur Haizer also. THERE, at an altitude of 8000 meters moral norms are NOT plains criteria. Today the main thing is that we can only sympathize with the grief of family and friends. And NOT try to find those responsible for the deaths Haizer, Berbeka and Kowalski. We should be glad for those who remained alive.
I wanted to tell the poles about the Tian-Shan, about safety standards in these mountains, about the attractiveness of climbing objects. About the best ways to solve problems. About what «Celestial Mountains» are dear to me. Topics are far from the hype, but forcing to think through the steps in line with reality. Maybe the story was not as emotional as we would like. But I hope it helps someone from the poles to correctly calculate their aspirations in the mountains. Go the right way in the right direction... to return home.
- Pan Bogdan said he was pleased with the translation, - smiled Jacek Teler over a glass of wine.
- Was it interesting?
- You know, Denis, are cunning eyes my friend disappeared into a smile on his cheeks, he is the only one who understood all that you said.
I remembered Professor Jankowsky. He sat in the first row, and not taking out his eyes stared at the distant world of mountains, which once made the ascent. In the era of Soviet power many poles came for the development of the Central Asia. It seemed pan Bogdan dreaming while awake. Question from the audience from people caught me off guard:
- If the poles organize another winter expedition to K2, and you will be invited to take part in it - you go?
- My wife Olga snatched me two things, - I turned off my hands. - Never ride on a motorcycle, and never try to climb on K2.
In the hall came the sympathetic sigh.
- But a month ago Krzysztof Wielicki sent me a letter with this issue, - I continued. - And in a minute get my answer «Yes».
Then was the most interesting part of the festival. Night Orgy scenes, where she performed a rock band. The young people danced, discussed about routes and girls. I was someone caught in the corridors of the hotel - took autographs, hugged, kissed. Built joint plans for the next ten years. Veterans mountaineering presented books about the mountains, were forced to sign on their issues.
Then we sat at the table, full of the wine bottles, and drank to the memory of the departed climbers, and for the health of remaining persons. Wielicki laughed good-naturedly his moustache, and grilled everybody by the spicy stories. Pan Bogdan humbly invited to stay in Wroclaw. Cooperator of Haizer for the work and many projects Janusz Mayer kept the glasses full. It was a dreamy night. Just without candles. But our eyes gleaming.
Events in Europe, dedicated to mountaineering, are NOT organised in the example more interesting than similar festivals in Russia and Kazakhstan. This is, in my opinion, the fundamental approach - organizers try to entertain guests, and NOT myself. And money respectively. Everything is simply. Thanks to the poles for the invitation to your circle!

     Первое мое знакомство с поляками состоялось весной 2000 года. Тогда руководителем экспедиции был Петр Пустельник. Он внимательно помогал молодому прапорщику прожигать силы на чужбине. Добрым словом, верным взглядом, снаряжением в нужный момент надо было поддержать путь к вершине. И он это сделал.
Затем удача улыбнулась мне в конце 2002 года. В зал ожидания аэропорта города Бишкек вышел НЕвысокий человек с усами и волевым взглядом. Окинув им казахстанскую двойку участников зимней экспедиции на К2, он сказал:
- Моя мысль – вас разделить. По группам, ребята, по группам.
Если бы знать тогда, как Кшиштоф Велицкий оказался близок к реальности. Группу из стран бывшего СССР разделила жизнь, но… Ах, эта странная судьба! Сплетения НЕреальности кинули меня в сторону Польши. Пусть неудачная экспедиция! Но в команде были настоящие люди. Петр Моравский, кто устанавливал палатку Четвертого лагеря выше всех в истории зимних проектов на К2. Пан Богдан Янковский, душевной теплотой и русской музыкой выводивший меня из состояния одиночества.
Марчин Качкан, который бесстрашно вышел на попытку штурма вершины. Кшиштоф Велицкий, единственный из поляков поддержавший штурм и принесший для больного друга глоток воды. Яцек Телер, Мачек Павликовский и другие, кто помогал сделать важное нужное дело…
А через несколько лет ловкий искренний парень по имени Богуслав Магрель пригласил меня на фестиваль в поселок Буковина. Народ жил горами! Мне это понравилось; уже через пару лет я НЕ мог представить, что НЕ окажусь в Польше. По делу ли, по тренировкам, по разговорам «за жизнь», по литературе.
- Если будут переводить следующую книгу, то пусть дадут мне на экспертизу, - напутствовал пан Богдан Янковский.
- А что? Получилось плохо?
- Получилось хорошо, - интеллигентно НЕвозразил пан Богдан. – Но надо проверять, потому что в любом случае… гражданский перевод НЕточен для читателей, разбирающихся в альпинизме.
Да. В теме гор здесь было огромное количество народа. Когда я впервые оказался в Польше, то был поражен количеству людей в оутдор-снаряжении. Просто, на обычной улице, среди домов – шли с рюкзаками, в треккинговых ботинках, в ветрозащитных куртках, под капюшонами… В осенней Польше холодно, промозгло. Такая одежда была практичной, яркой, удобной.
«Ну ладно, - подумал я. – Это Краков, город студентов, все молодые. А вот в других городках, где население постарше, все ходят в цивильном».
Поэтому, поймите мой интерес, когда на улицах многих городов Польши я видел много людей, словно спустившихся с восхождений, или собиравшихся в треккинг под Эверест. Для меня стало открытием, что есть культура с НЕзашоренным взглядом на жизнь. Одевали самое практичное и современное, сделанное для наилучшей защиты от вредных метеорологических условий.
Этот интерес к горам привел к тому, что осенью 2013 года вся альпинистская Польша трепетала. Трагедия на зимнем Броуд-пике, как и смерть Артура Хайзера летом на Хиддене раскололи общественность на два лагеря. Поляки всегда славились тем, что каждый имел свое мнение, и горел желанием это мнение отстаивать. Что в средневековые времена гетманов и шляхты, что в период между мировыми войнами.
В сентябре 2013 года пришлось и мне попасть в перекрестие прицела. На фестиваль в город Водек Струй надо было добираться из Праги. На счастье, здесь работал Адам Пустельник, сын руководителя моей первой гималайской экспедиции. До чего тесен мир! Он забрал с собой в машину. Попивая кофе на автозаправке, Адам рассказал про широкий резонанс, который обрели события – про этические противостояния, комиссии, разгромные статьи, нервные обсуждения, про своего отца, тоже оказавшегося в кипении страстей.
В первый же вечер, замерзший и окоченевший, (приехал одетый "цивильно", а не по правилам Польши) я попал на воспоминания друзей об Артуре Хайзере. Один из добрых фильмов был собран Марчиным Качканом. После стольких лет было приятно увидеть его улыбку, услышать скромную речь. Он остался все тем же – НЕисправимым романтиком, ученым-книгочеем. Затем последовал рассказ молодых поляков Адама Белецкого и Артура Мовека об экспедиции на Броуд-пик в начале зимы 2013 года. К моей радости, на одной стороне сцены с ними сидел Велицкий. И как всегда остро, прямыми фразами старался исправить НЕловкость и трагизм обстановки. Напротив них посадили какую-то комиссию из… ну НЕ знаю! В этот момент мне стало страшно и НЕинтересно. И я сбежал. Понял, что сейчас начнется экзекуция.
Адам Белецкий, пусть наша встреча и оказалась короткой, был мне симпатичен. В его глазах я видел такое же дерзкое безумие, что наблюдаю в зеркале. Это было отражением, со всеми слабостями и силой, но в нем жил огонь. Тот, который помог ему подняться на Хидден и Броуд зимой в самых жестких условиях. Адам был «бойцом». И НЕ мне было судить его.
Поэтому, когда начались вопросы на тему «кто виноват, и что делать», в моих силах было лишь – посоветовать нам всем проявить снисходительность. И НЕ убивать супер-достижение Польской Школы горовосхождений. А так же, мечты Артура Хайзера. ТАМ, на высоте 8000 метров нормы морали и человечности меряются НЕ равнинными критериями. Сегодня главное, что в наших силах – сочувствовать горю друзей и родных. И НЕ стараться найти виновных в гибели Хайзера, Бербеки и Ковальского. Надо порадоваться за тех, кто остался жив.
Мне хотелось рассказать полякам про Тянь-Шань, про нормы безопасности в этих горах, про привлекательность альпинистских объектов. О лучших способах решения проблем. О том, чем «Небесные Горы» дороги мне. Темы далекие от ажиотажа, но заставляющие продумывать шаги в соответствии с реальностью. Может быть, рассказ получился не столь эмоциональным, как хотелось бы. Но я надеюсь, что он поможет кому-то из поляков грамотно рассчитать свои устремления в горы. Пройти верной дорогой в правильном направлении… чтобы вернуться домой.
- Пан Богдан сказал, что доволен переводом, - улыбнулся Яцек Телер за бокалом вина.
- Ему было интересно?
- Ты знаешь, Денис, - хитрые глаза моего друга скрылись в улыбке над щеками, - он единственный, кто правильно понял все, что ты говорил.
Я вспомнил профессора Янковского. Он сидел в первом ряду, и не отрываясь глядел на далекий мир гор, в котором когда-то сам совершал восхождения. В эпоху Советской власти много поляков приезжали для освоения Центральной Азии. Казалось, пан Богдан грезил наяву. Вопрос из зала от людей застал меня врасплох:
- Если поляки организуют еще одну зимнюю экспедицию на К2, и тебя пригласят в ней участвовать – ты поедешь?
- Жена Ольга вырвала у меня два обещания, - развел я руками. – Никогда НЕ ездить на мотоцикле, и никогда больше НЕ пытаться подняться на К2.
В зале послышался сочувственный вздох.
- Но месяц назад Кшиштоф Велицкий прислал мне письмо с этим вопросом, - продолжил я. – И через минуту получил от меня ответ «Да».
Потом была самая интересная часть фестиваля. Ночная оргия у сцены, где выступала рок-группа. Молодежь танцевала, обсуждали маршруты и девушек. Меня кто-то ловил в коридорах гостиницы – брали автографы, обнимали, целовали. Строили совместные планы на ближайший десяток лет. Ветераны альпинизма дарили книги о горах, заставляли расписываться на своих.
Потом мы сидели за столом, уставленном винными бутылками, и пили за память ушедших, и здоровье оставшихся. Велицкий добродушно усмехался в усы, и раззадоривал всех перчеными историями. Пан Богдан смиренно приглашал погостить во Вроцлаве. Соратник Хайзера по работе и многим проектам Януш Майер следил, чтобы бокалы у всех НЕ пустели. Это был мечтательный вечер. Только свечей не хватало. Зато глаза у всех горели. 
Мероприятия Европы, посвященные альпинизму, организуются НЕ в пример интересней, чем сходные фестивали в России и Казахстане. Связано это, на мой взгляд, принципиальным подходом – организаторы стараются развлечь гостей, а НЕ себя. И деньги потратить соответственно. Все просто. Спасибо полякам за приглашение в свой круг!


The drunking monkey style. Стиль пьяной обезьяны.

The time has come when I had to check on the fact - so I entered correctly, crowning engineering idea of the design campus-board. Theoretical investigations, as well as «stupid» preparation on the bar have little to do with real climbing. Can you compare the cutting of firewood with the dance? Both requires concentration, attention, effort, moods... but few people dare for such studies. Prepare for the festival of Classical tango running on uneven terrain or by the axe kiks? Funny.
About the way I was trained in Ryazan. However, this rough-unnatural preparation gave its fruits. On saturday incorrigible friend Matteo Galizzolli we came to the familiar rock. It was the Minolandia cliff. The gorge Valgua spread weak cold breeze. Its enough to stay cool on the route. To start hung the rope, and with the top insurance practiced movement.
The "cutting firewood" helped during the first steps on the rocks. Equipment was not absolutely. That is, she pearl only clumsy angular movements. Had to compensate for the shortcomings of power - in the fingers and muscles of the hand. This helped, and gave a little confidence. Therefore, when it became clear that you can work up, the body itself is beginning to remember proven movements, turns, statement of legs. You had to know that everything will turn out! Believe in yourself.
The next morning I called Matteo at 08 o'clock. Heard on the other side of the line cheerful sigh. And the voice of the «behind the scenes» - damn! today is Sunday. And in a tube:
- How do you do, Denis?! Rock discarded?
- What does «canceled»? - I suppressed a giggle. - Get ready, and go to Valgua.
- Well, it's raining!
- Yes?! - my surprise there was no limit. - And in our part of the valley until dry. Herded!
According to the forecast, the weather was not so good. Moreover, thoroughly. However, for our happiness, in the gorge was delayed for some cloud pause. And for a couple of hours before the rain we have enough time to climb. Again the same route 5c, but with options for up to six. To calm again we hung top insurance, and scurried up and down. Matteo himself surprised several times and climbed up to the «top». I was also pleased to feel the dashing turns, and powerful pinch on little holes. Such were the first training after year «without the rocks». The skin on the fingers quickly faded, however, we left the gorge in a pleasant mood.
- At the evening? - asked Matteo. – Do you like to visit our home?
- Of course. Will come to try this new dish... how is it?! So! Focaccia.
- Am not able to promise this real Ligurian Focaccia - my friend smiled. - But mulled wine would that be!
Настало время, когда пришлось проверить на деле – так ли уж грамотно я поступил, увенчивая инженерную мысль конструкцией капус-борда. Теоретические изыскания, равно как и «тупая» подготовка на турнике имеют мало общего с настоящим скалолазанием. Можно ли сравнить рубку дров с танцем? И то и другое требует концентрации, внимания, сил, настроения… но мало кто решится на подобные изыскания. Готовиться к фестивалю Классического Танго бегом по пересеченной местности или маханием топором? Смешно.
Примерно таким образом ятренировался в Рязани. Тем не менее, именно эта грубая противоестественная подготовка дала свои плоды. В субботу с неисправимым другом Маттео Галицолли мы пришли к знакомой скале. Это был массив Миноландия. По ущелью Валгуа стелился слабый холодный ветерок. Его хватало, чтобы не перегреваться на маршруте. Для начала повесили веревку, и с верхней страховкой отрабатывали движения.
Та самая «рубка дров» помогла при первых шагах по скалам. Техники не было абсолютно. То есть, она перла лишь корявыми угловатыми движениями. Приходилось восполнять недостатки силой – в пальцах и мышцах рук. Это помогало, и давало немного уверенности. Поэтому, когда стало понятно, что можно работать смелей, тело само начало вспоминать проверенные движения, повороты, постановку ног. Надо было знать, что все получится! Поверить в себя.
Следующим утром я позвонил Маттео в 08 часов. Услышал на другой стороне линии веселый вздох. И голос «за кадром» - черт! сегодня же воскресенье. А в трубку:
- Как дела, Денис?! Скалы отменяются?
- Что значит «отменяются»? – подавил я смешок. – Собирайся, и погнали в Валгуа.
- Так ведь дождь идет!
- Да?! – удивлению моему не было предела. – А в нашей части долины пока сухо. Погнали!
По прогнозу погода должна была испортиться. Причем, основательно. Однако, на наше счастье, в ущелье задержалась какая-то облачная пауза. И за пару часов до начала дождя мы успели основательно налазиться. Снова одна и та же трасса 5с, но с вариантами до «шестерки». Для успокоения мы опять повесили верхнюю страховку, и сновали вверх-вниз. Маттео, сам себе удивившись, несколько раз вылез до «топа». Мне тоже было приятно почувствовать лихие повороты, и мощный щипок на мизерах. Такими выдались первые тренировки после года «без скал». Кожа на пальцах быстро стерлась, однако, мы покидали ущелье в приятном расположении духа.
- Вечером в гости? – спросил Маттео.
- Обязательно. Приеду попробовать это новое блюдо… как там?! А! Фокаччиа.
- Настоящей Лигурийской фокаччии не обещаю, - улыбнулся мой друг. – Зато глинтвейн будет что надо!