Gingko fire. Огонь гингко.

I have arrived to Korea when on trees gingko leaves have only just turned yellow. Know, it all turns yellow at once, entirely. And then costs a such column of a flame - bright yellow. Among crimson maples and grey skyscrapers of Seoul. If also the cloudy sky to present … and the tree among all this twilight burns. Also hurts the eyes.

- How it is called by Korean? - I have turned to the friend Lima sitting at the wheel of a wheelbarrow.

- Is this? - He has puzzly asked again. – It is … Yng-Heng.

- Yng-Heng, - I have clumsily repeated. Also has burst out laughing. - it is beautiful.

Lima with a delicate Korean smile has had a look at me, in a window, on a tree … has had time to brake before стопорнувшей at a crossroads by car.

- Nominees will be five, - it has continued. Is the Korean command, Japanese, your ascension on Гашербрум and that you descended in the summer. Peak Pie… Prye peak … peak Pirialga…

- PRZHE-VAL-SKO-GO, - has helped I to the friend.

- Yes-yes, - has with relief sighed Lima. - and this Pobeda peak.

- Well … is interesting! - I yours faithfully have told. - Japanese … this command climbed Calanca some years before?

- Yes-yes, - has nodded Lim.

As I already wrote, have got directly for evening of Japanese climber Jasushi Jamanoi. He interestingly told about the ascensions, and showed photos. On one of them I have seen Khan-Tengri. Then, all were together filled up in interesting Korean small restaurant, and pleasantly there have stayed till midnight... The life has gone right, as possible say.

Next day we held presentation of our routes for the jury. This year the mr. Hagiwara-san the Japanese journalist was the chairman. Our teams told about the passed lines.

The first Koreans reported. It was interesting to have a look at a bastion of mount Hunter which they have passed in beautiful easy style.


Then I have told about an ascension with Simone and Cory on Gasherbrum in the winter. But when has started to tell about summer of 2011, the judiciary board has become nervous.

- That’s all! Will suffice, probably? - has declared one of them.

- Why? - It was necessary to me to be surprised. - Is only one of nominees.

- Will you represent some other ascensions? - have laughed in a judiciary board.

- To me so organizers have told, - I have shrugged shoulders. - That the meeting of judges, that is, your opinion, had been selected five ascensions from which three are made with my modest participation.

Gasherbrum 2



- Yes? Let’s show.

Dammm… I have become nervous, really. Therefore, has tried to tell faster about our lines on peak Przhevalsky with Boris Dedeshko and peak Pobedy with Gennady Durov. About ascent to Gasherbrum spoke very quickly already, passing practically all important points.

- Exuse me, please, that has taken away so a lot of time, - I have bowed to judges. They sat in front of light - I was as prepared - and with interest looked at me. - But have notified that to festival are three ascensions in different groups are admitted. As you see, on tables there are information sheets… there three routes also are specified.

- Dear mister Denis, - it is silent with the Japanese delicacy and a relentlessness of beginnings Hiroshi Hagiwara, - unfortunately, you are alone here. Forgive, but as the chairman of jury I have the right to admit to consideration just one route only.

The Hagiwara-san was very basic and correct person. I respected his aspiration to accuracy and brevity which felt throughout five years of acquaintance. It understood mountaineering, as anybody another. And consequently, I understood his delicacy with samuray’s categoricalness.

- Please, inform us, from all listed you consider what ascension as the most interesting. And we will consider it.

- Pobedy peak, - it was pulled out at me without doubts. Only having said a phrase, I have started to ponder, what yes as … and whether it was necessary to designate other ascension … Here so always - have blurted out, not having thought.

- Clearly. Big thanks, - the Hagiwara-san has smiled to me. - And now... The next please!

After me Japanese acted. Their route was very interesting and laconic. The Daddong Main summit – the beautiful. And guys have made an ascension correctly on all canons of an adventure … present One way ticket – that is, without any rules!


I sat, and with envy gnawed nails. Well… why at me it is impossible to go less? Would climb through Gasherbrum only- feelings and fear would suffice for all year. All also would burn fire! A bright yellow flame of an autumn tree gingko in streets of Seoul… As there?! Yng-Heng is called. Yes… and now is a total Yng-Heng into my heart only.


Я приехал в Корею, когда на деревьях гингко только-только пожелтели листья. Знаете, оно все желтеет разом, целиком. И потом стоит этаким столбом пламени – ярко-желтое. Среди багряных кленов и серых небоскребов Сеула. Если еще и пасмурное небо представить… а дерево среди всего этого полумрака горит. И режет глаз

- Как называется по-корейски это? – я повернулся к приятелю Лиму, сидевшему за рулем тачки.

- Это? – недоуменно переспросил он. – Это… Ынг-Хенг.

- Ынг-Хенг, - коряво повторил я. И рассмеялся. – Красиво.

Лим с деликатной корейской улыбкой поглядел на меня, в окно, на дерево… успел притормозить перед стопорнувшей на перекрестке машиной.

- Номинантов будет пятеро, - продолжил он. – Это Корейская команда, Японцы, ваше восхождение на Гашербрум и то, что ты летом сходил. Пик Пие… пик Пива… пик Пириальга…

- ПРЖЕ-ВАЛЬ-СКО-ГО, - помог я другу.

- Да-да, - облегченно вздохнул Лим. – И этот пик Победы.

- Ну… интеренсно! – с уважением сказал я. – Японцы… эта команда ходила на Каланку?

- Да-да, - кивнул Лим.

Как я уже писал, попали прямо на вечер японского альпиниста Ясуши Яманои. Он интересно рассказывал о своих восхождениях, и показывал фотографии. На одной из них я увидел Хан-Тенгри. Затем, все вместе завалились в интересный корейский ресторанчик, и приятно там просидели до полуночи... жизнь удалась, как говорится.

На следующий день мы проводили презентацию наших маршрутов перед жюри. В этом году председателем был мистер Хагивара-сан, японский журналист. Наши команды рассказывали о пройденных линиях.

Первыми отчитывались корейцы. Было интересно поглядеть на бастион вершины Hunter, который они прошли в красивом легком стиле.


Затем я рассказал о восхождении с Симоне и Кори на Гашербрум зимой. Но когда начал рассказывать про лето 2011 года, судейская коллегия занервничала.

- Ну все! Хватит, наверное? – заявил один из них.

- Почему? – пришлось мне удивиться. – Это же только один из номинантов.

- Ты будешь представлять несколько восхождений? – засмеялись в судейской коллегии.

- Мне так сказали организаторы, - пожал я плечами. – Что совещанием судей, то есть, вашим мнением, были отобраны пять восхождений, из который три совершены с моим скромным участием.

- Да? Тогда показывай.

Хм… я занервничал, честно говоря. Поэтому, постарался быстрее рассказать о наших линиях на пик Пржевальского с Борисом Дедешко и пик Победыс Геннадием Дуровым. Я и про подъем на Гашербрум-2 говорил очень быстро, пропуская практически все важные моменты.

- Простите меня, пожалуйста, что отнял так много времени, - поклонился я судьям. Они сидели против света – я был как препарируемый – и с интересом глядели на меня. – Но уведомили о том, что к конкурсу допущены три восхождения в разных командах. Как вы видите, на столах есть информационные листы… там тоже указаны три маршрута.




- Уважаемый мистер Денис, - тихо с японской деликатностью и неумолимостью начал Хироши Хагивара, - к сожалению, Вы здесь один. Простите, но как председатель жюри я имею право допустить к рассмотрению только один маршрут.

Хагивара-сан был очень принципиальным и правильным человеком. Я уважал его стремление к точности и краткости, которое чувствовал на протяжении пяти лет знакомства. Он разбирался в альпинизме, как никто другой. И поэтому, я понимал его деликатность с самурайской безапелляционностью.

- Пожалуйста, сообщите нам, какое восхождение из всех перечисленных Вы считаете самым интересным. И мы будем рассматривать его.

- Пик Победы, - вырвалось у меня без сомнений. Только произнеся фразу, я начал прикидывать в уме, что да как… и нужно ли было обозначить другое восхождение… Вот так всегда – ляпнул, не подумав.

- Понятно. Большое Вам спасибо, - улыбнулся Хагивара-сан. - А теперь... следующий!

Следом за мной выступали японцы. Маршрут их был очень интересен и лаконичен. Вершина Daddong Main красивая. И восхождение ребята совершили правильно по всем канонам приключения… настоящий One way ticket – то есть, без всяких правил!


Я сидел, и с завистью грыз ногти. Ну… почему у меня не получается ходить меньше? Пролез бы только Гашербрум – чувств и страха хватило бы на весь год. И горело бы все огнем! Ярким желтым пламенем осеннего дерева гинко на улицах Сеула… Как там?! Ынг-Хенг называется. Да… а теперь в душЕ полный Ынг-Хенг.