Iljas. Ильяс.

 Iljas Tukhvatullin in BC of K2 winter expedition (2003)
8 October, 2012 Annapurna. The avalanche...Iljas Tukhvatullin group was climbing from C1 to C2 yesterday, when the huge avalanche headed down... It happened on 3 p.m. Iljas and Ivan Lobanov have been burried, only one climber was not caught. He tried to find his friends, but it was impossible... He ascended the rest 150 m to C2 - there was the safety place, the air wave only broke the tent... Then he descended to C1 and radioed to BC. Today Gleb Sokolov and his group are asceding from BC to the tragedy place to try to find somebody... It was not the serac crash, the whole icy slope fell down, perhaps as a result of earthquake...
«The engineer-physicist by a trade, ILjas has shown at once magnificent organizational skills. On his idea we have collected old canisters and bamboo poles from which have built graceful - in our understanding - a table and benches round it after district. Looked like the African bungalow. Masts for aerials and flags too were established under the guidance of the representative of sovereign republic Uzbekistan. Sometimes between times it taught us how to develop protection of space objects against defeat by laser beams.
- The most important deal was that IT worked Before an impulse will destroy a cover, but Not earlier, than it will undergo to influence. Do you suppose a problem? And we took this atomic metal inside the inert environment… the Great idea! …
Our engineer has the ten operating copyright certificates. And all has begun with the broken aerial in which Iljas intended to freeze water, to straighten and establish. Also began to tell to us about water dispersion in vacuum ».
It is a small part from my memoirs about Iljas Tukhvatullin. If to take an overall picture of THAT winter expedition on К2 with Poles for ever there will be its smile. He was practical and romantic simultaneously. Always thought of friends, and joked - not painfully, but sharply. It was the relation… so each of us knew that we are in sphere of his attention which could help during the necessary moment. When we established the Second Camp, and moved upwards incredible heavy backpacks, Iljas took the heaviest burden.
Now I look at northern slope of Annapurna with melancholy. To tell the truth, the mountain kind cuts heart, though… but why the mountain?!? Two months ago we talked with Dmitri Sinev about Annapurna. I did not know details of planned expedition. But has told eberything that remembered. And especially rested on thought as has had luck Simone Moro and me on this route. As it was terrible to run on avalanche paths under a greedy sight seracs from above.
And here - I sit, the computer keyboard is thrown, the screen has gone out… I recollect, how flied in an avalanche on slope Gasherbrum. What was I given by that failure? What for has survived? I think, the destiny had the full right to bury me there. But… the luck happened. Tukhvatullin with Lobanov have appeared are not so successful.

I am on the way to C2 on Annapurna (2004)
I do not wish to reproach, cut. But it would be desirable to avoid repetition of such failures further. Why the camp on slope Манаслу has been put in a place of blow of an avalanche? Why groups go on a mouth of Khan Tengri to the most dangerous time? Why on Annapurna’s slope the team has appeared after a mid-day? Why Simone, Cory and me crossed the bottom of Gasherbrum-5 during a snowfall? ask me about last situation as required at once…
The strange feeling arises on revolution of affairs from simple to the difficult. The life flies, as if a wind with aroma of a grass. The world is similar spring кружению flower petals in sun beams, the future is perceived… well, simply perceived! Future. Beauty and ease which boil in blood.
But… suddenly the bus stops, and is found out, that it has arrived into Autumn, and present ask everybody to leave on street. Finish! The route is ended, and an one way ticket. Because such are life realities. And you leave under a rain, go by pools, not representing than to be engaged where to submit a head. In the autumn we have lost friends. Year has stood out - my God! don’t let same other! But contrary to all I know, that will be further. Also I do not wish to turn off from a way on which am happy.
And knowing, that is necessary to me, I will extend from a pack one more card… and will stake everything, that is. Because the victory price costs risk. Because happiness which gives me mountaineering - a touch to cleanliness of the nature, dialogue with strong good people, purpose achievement by own forces, a step sharpness «for a side» and ecstasy freedom. As possible to say - game costs all wax candles.
- Denis, and you want, that your children were engaged in mountaineering? - People often ask at a meeting. - that went on difficult ascensions to «a death zone»?
- Don’t think about! - I avoid. – Not of course!
"Caro DENIS, condivido e partecipo al tuo grande dolore per i tuoi e nostri Amici morti
in monte Annapurna. Un forte abbraccio,
Paolo Valoti
"Le montagne hanno il potere di attirarci nel loro mondo è lì, per sempre, si trovano i nostri amici la cui anima grande aspirava alle alte cime. Non dimenticate gli alpinisti che non hanno fatto ritorno." (Anatolij Bukreev??)
I am nervous a lot for other people. For everybody who goes to mountains by dangerous difficult routes. Please, do not think, that I urge to be engaged in mountaineering in that kind which has chosen for itself. And in that kind which has chosen for itself Iljas Tukhvatullin. But oh, damn! When I hear, that during Civil war in Syria were lost twenty thousand persons, to me it becomes terrible for remained on plains. I am so nervous! It is much worse, than to be lost in mountains where you go at own choice. And it is very bad to read reports about victims on roads to Russia and Kazakhstan on thoughtlessness of the counter drunk driver. These game rules under the name "life" are imposed from outstanding community.
So the thought on death on slope of Annapurna or Gasherbrum restrains with the validity. THERE game rules under the name "life" are chosen by me.
Avalanche on the East side of the Annapurna circus (2004)
8 октября 2012 Аннапурна. Беда... Звонок Глеба Соколова, 8-30 МСК: Вчера около 15-00 на склоне между С1 и С2 группу Ильяса Тухватуллина накрыла ледовая лавина. Сошел целый склон, возможно, в результате землетрясения... Ильяса и Ивана Лобанова засыпало. Это произошло в 150 м от С2, сам лагерь стоит уже на относительно безопасной подушке...Там только помяло палатку. Третий участник (его не задело) пытался ребят искать, но тщетно... Он затем поднялся в С2, потом спустился в С1. Мы были в ВС, сейчас идем наверх на поиски, но шансов найти кого-то живым практически нет...
«Инженер-физик по профессии, Ильяс сразу проявил великолепные организационные навыки. Именно по его идее мы собрали по округе старые канистры и бамбуковые шесты, из которых соорудили изящные – в нашем понимании – стол и скамейки вокруг него. Смахивало на  африканское бунгало. Мачты для антенн и флагов тоже устанавливались под руководством представителя суверенной республики Узбекистан. Иногда между делом он поучал нас, каким образом разработать защиту космических объектов от поражения лазерными лучами.
- Вся хитрушка в том, чтобы она срабатывала До того, как импульс разрушит оболочку, но Не Раньше, чем она подвергнется воздействию. Соображаешь задачу? И мы взяли этот атомарный металл в инертной среде… Великая штука!…
Десять действующих авторских свидетельств у нашего инженера. А началось все с поломанной антенны, в которой Ильяс намеревался заморозить воду, чтобы выпрямить и установить. И стал рассказывать нам о распылении воды в вакууме».
Это небольшая часть из моих воспоминаний об Ильясе Тухватуллине. Если брать общую картину ТОЙ зимней экспедиции на К2 с поляками, то навсегда останется его улыбка. Он был практичен и романтичен одновременно. Всегда думал о друзьях, и шутил – не больно, но остро. Это было отношение… так что каждый из нас знал что мы в сфере его внимания, которое могло помочь в нужный момент. Когда мы устанавливали Второй Лагерь, и перли вверх тяжеленные рюкзаки, Ильяс взвалил на себя самую тяжелую ношу.
Теперь я смотрю на северный склон Аннапурны с тоской. Честно говоря, вид горы режет сердце. Два месяца назад мы разговаривали с Димой Синевым об Аннапурне. Я не знал деталей предстоящей ему и друзьям экспедиции. Но рассказал все что помнил. И особенно упирал на мысль, как подфартило Симоне Моро и мне на этом маршруте. Как было страшно бегать по лавинным выносам под алчным взглядом сераков сверху.
И вот – сижу, клавиатура компьютера заброшена, экран погас… вспоминаю, как летел в лавине по склону Гашербрума. Что мне дала та авария? Зачем выжил? Думаю, судьба имела полное право похоронить меня там. Но… повезло. Тухватуллин с Лобановым оказались не столь удачливы.
 Simone on the way between C1-C2 on Annapurna (2004)
Не хочу упрекать, резать. Но хочется избежать повторения таких аварий в дальнейшем. Почему лагерь на склоне Манаслу был поставлен в месте удара лавины? Почему группы ходят по горловине Хан-Тенгри в самое опасное время? Почему на склоне Аннапурны команда оказалась после обеда? Почему Симоне, Кори и я пересекали подножие Гашербрума-5 во время снегопада? О последней ситуации спросИте при случае…
Странное чувство возникает на перевороте дел от простого к сложному. Жизнь летит, словно ветер с ароматом травы. Мир подобен весеннему кружению цветочных лепестков в лучах солнца, будущее воспринимается… ну, просто воспринимается! Будущим. Красотой и легкостью, которые вскипают в крови.
Но… вдруг автобус останавливается, и выясняется, что он прибыл в Осень, и всех присутствующих просят выйти на улицу. Все! рейс окончен, и билет в одну сторону. Потому что таковы реалии жизни. И ты выходишь под дождь, бредешь по лужам, не представляя, чем заняться, куда подать голову. Осенью мы потеряли друзей. Год выдался – не приведи Господи! Но вопреки всему я знаю, что будет дальше. И не хочу сворачивать с пути, на котором счастлив.
И зная, что мне предстоит, я вытяну из колоды еще одну карту… и поставлю на кон все, что есть. Потому что цена победы стоит риска. Потому что счастье, которое дарит мне альпинизм – прикосновение к чистоте природы, общение с сильными хорошими людьми, достижение цели собственными силами, острота шага «за грань» и упоение свободой. Как говорится – игра стоит свеч.
- Денис, а ты хочешь, чтобы твои дети занимались альпинизмом? – часто спрашивают люди при встрече. – Чтобы ходили на сложные восхождения в «зону смерти»?
- Упаси Бог! – чураюсь я. – Ни за что на свете!
«Дорогой Денис, я разделяю твою боль и сочувствую большому горю за гибель друга на Аннапурне.
Крепко обнимаю
Паоло Валоти
«Горы имеют власть звать нас в свои края.
Это уже не страсть - это судьба моя.
Тянутся к высоте люди большой души.
Не забывайте тех, кто не пришёл с вершин.
Вам, кто сидит внизу, вам ли о них тужить.
 Люди, идущие вверх, знают, как надо жить.
       (Анатолий Букреев??)
Больше всего мне страшно за других людей. За всех, кто идет в горы на опасные сложные маршруты. Пожалуйста, не думайте, что я призываю заниматься альпинизмом в том виде, который выбрал для себя. И в том виде, который выбрал для себя Ильяс Тухватуллин. Но черт побери! Когда я слышу, что за время Гражданской войны в Сирии погибли двадцать тысяч человек, мне становится страшно за оставшихся на равнине. Это гораздо хуже, чем погибнуть в горах, куда ты отправляешься по собственному выбору. И очень плохо читать сводки о погибших на дорогах в России и Казахстане по недомыслию встречного пьяного водителя. Эти правила игры под названием «жизнь» навязаны со стороны.
Так что мысль о смерти на склоне Аннапурны или Гашербрума смиряет с действительностью. ТАМ правила игры под названием «жизнь» выбраны мной.

No comments:

Post a Comment

leave Your comment, please :) оставьте Ваш комментарий, пожалуйста