Twenty years later. Двадцать лет спустя.

The triangles are different. Their excellent thing that remains unchanged is the rigidity. This is the most durable construction of all geometric shapes. 'll talk about two triangles.
Daily bus I came from Ryazan in Moscow. To spend a night in the shop «Ice-age» party by  the style of the New Year. Club atmosphere of «sellers» I liked, I felt myself in a long young crowd. Where only adrenaline and testosterone have value. Therefore, in the evening of 27 December stood at the subway entrance Vyhino and watched the people.
Semi-darkness and cold. These two stamps in my brain strongly associated with Moscow. When afraid to venture out on the street the day flies by imperceptibly. There is a feeling of the road in the morning and in the evening - from home to home. And! even smell of smoke. Smoked almost all girls and men. Fell out of the gate subway, standard ran hands into the pockets, extracted a cigarette, burned it, lighting profiles... and hurried shake-out until arrival at the next destination. The faces were almost entirely non-russians. The majority were Caucasus-Asian Tabor. I, myself, was a native of the Central Asian Republic. «Twenty years - one answer,» the smile of the past in an Oasis of years of life was gloomy and cold. As Moscow.
- Hi, Den! - one of the passers (without cigarette) turned to me.
- Hello, Artem! - the handshake. Picked up the bag. The big.
- What is it, my friend?
- Books! My. Them in the «Ice-Age» sell.
- The heavy job of writer, " laughed Artem. - Or wolf lives on its legs? Let me help you.
On Kangchenjunga occasionally asmall expedition interest. Artem brown was one of the investigators, and rushed from Ramenskoe to talk about the details. In turning by the joints of the carriage, shouting down the rumble of the metro we were questions of acclimatization and prices, tactics with the weather, the team... And I like by watching puzzles: two in the subway think how to subtly make fun of health in favor of the ambitions.
The «European» life stile, in my opinion, have a some downsides. Everyone wants to Express himrself - risking, winning and losing. Therefore community became less in quantity. In the mountains and on the plain. Moreover, in thepossession of the Russian conditions. On the wave of high mortality of men and the low fertility of women's existence is ensured inflow from neighbouring areas. Someone runs, saving the family. Another not withstand the local conditions. The third has to work to feed five children. Russia help for everybody. As Europe. Another question - what can we give in opposite. Instead.
- I have a piece of bread for daughter - I was selfish laugh. - What brains soar?


Recently I returned from the Basque country and Asturias. This region of Northern Spain - thing-into-itself. Surprises and makes you admire the society that generates so many climbers. However, there are TWO other similar point on the planet. Climate, living conditions, culture - all is different. But! For many years I was convinced that it was here feel more comfortable just. Where the number of people interested in the mountains passes «critical» mark. In addition to the Northern part of Spain, these areas of Poland and the city of Bergamo.

By the walking you ask about the way, and crossing man start to speak about newspaper article for mass-ascent. The bus-driver talking story of his brother’s ascent to Cho-Oyu at the last year.
In city of Bilbao somebody catch you with scream: «Do you remember we did foggy photo-shoot on Gorbea mountain together? My name is Gonzalo!» In Caffe at the morning are most important theme becomes the fatal mountain story.

What I realized in 2013? Just nothing as to be honest. Was full of pain only – in horrors and breaking hopes. After the death of Alexey Bolotov am not able to see my self into the mirror – ashamed and hurt. The age, my friend, just the age… Twenty years ago I meet Bolotov on the North Inylchek glacier. And now – somebody are not exist, somebody – are too far… I immigrate out of Kazakhstan. For cold smoggy jobless air on the Moscow street.
  - Why do you hanging not buttoned up this equipment? - I asked to Catherine Yatsutsenko, store Manager Ice age.
- What do you mean?! - 'she turned.
- Here is «frends»... - a few pieces sticking out of the booth.
- People have tried to solve - to like them or not.
But anyone can take in a pocket, I scratched the back of the head. - And bye-bye...
Intelligent Vanya sympathetically looked at me, with a sigh:
- We believe to people. Respect customers, ourselves.
- Aliens do not go here! - picked up Artem Brown.
At this moment, Keith, preparing computer, turned and reported that the equipment is ready. Means,  that I can start.
- The New Year celebration. Is cold outside the window, - I said. - Let's talk about the winter.
Shop «Ice-age» gathered a half a dozen people. Mentally I bowed to them, and organised a small story about the winter mountaineering. About projects in Tuyuksu, Bayancol – what is dangerous, how to prepare, organize logistics, the advantages and disadvantages of different tactical decisions. Can't vouch for the audience, but I was curious. As to «Tramontana» and the Far East. These two points of the world with «Ice-Age» in the last few years became my triangle on the Russian open spaces. As the Basque region with Poland and Bergamo - in Europe.
Based on such mental constructions can break out of any closed circle. Congratulations to the Readers of my Blog and books happy New Year! I wish not to fall into difficult situations :) and enjoy the life, to help for friends. Let everything be VE-RY-GO-OD!
Треугольники бывают разными. Их важное качество, которое остается неизменным – жесткость. Это самая прочная конструкция из всех геометрических фигур. Расскажу о двух треугольниках.
Дневным автобусом я приехал из Рязани в Москву. Предстоял вечер в магазине ЛедниковыйПериод, вечеринка в стиле Нового Года. Клубная атмосфера «продажников» мне нравилась, я ощущал себя в давней молодой тусовке. Где только адреналин и тестостерон имеют значение. Поэтому вечером 27 декабря стоял у входа в метро Выхино и наблюдал за прохожими.
Полумрак и холод. Эти два штампа в моем мозгу прочно ассоциируются с Первопрестольной. Когда боишься высунуть нос на улицу, то день пролетает незаметно. Остается ощущение дороги утром и вечером – из дома домой. А! еще запах курева. Курили практически все – даже девушки и старики. Вываливались из ворот Сабвея, стандартно запускали руки в карманы, извлекали сигареты, прикуривали, освещая профили… и спешили обдолбиться до прибытия в следующий пункт назначения. Физиономии почти сплошь были не-россиянскими. Большинство представляло кавказско-азиатский табор. Сам я тоже был выходцем из среднеазиатской республики. «Двадцать лет – один ответ», - улыбка о прошедших в Оазисе годах жизни получилась сумрачной и холодной. Как Москва.
- Привет, Ден! – один из прохожих (без сигареты) повернулся ко мне.
- Здравствуй, Артем! – рукопожатие. Подхватил сумку. Большую.
- Что такое, дружище?
- Книги! Мои. Их в Ледниковом Периоде продают.
- Тяжел труд литератора, - засмеялся Артем. – Или волка ноги кормят? Давай помогу.
На Канченджангу собиралась небольшая экспедиция по интересам. Артем Браун был одним из интересующихся, и примчался из Раменского поговорить о деталях. В качавшемся на стыках вагоне, перекрикивая гул метрополитена мы выясняли вопросы акклиматизации и цен, тактики с погодой, состав команды… А я словно со стороны наблюдал за ребусом: двое в подземке думают, как изощренно поиздеваться над здоровьем в угоду амбициям.
У «европейской» жизни, на мой взгляд, есть несколько минусов. Каждый стремиться самовыразиться, проявить себя – рискуя, побеждая и проигрывая. Потому и убываем в количестве. В горах и на равнине. Тем более, в бесноватых российских условиях. На волне высокой смертности со стороны мужчин и низкой рождаемости со стороны женщин существование  обеспечивается притоком из соседних районов. Кто-то бежит, спасая семью. Другой не выдерживает местных условий. Третьему надо работать – кормить пятерых детей. Россия всем поможет. Как и Европа. Другой вопрос – что мы можем дать со своей стороны. Взамен.
- Кусок хлеба есть, дочь в порядке, - мне удалось эгоистично усмехнуться. – Чего мозги парить!?
Совсем недавно я вернулся из Басконии и Астурии. Этот район на севере Испании – штучка в себе. Удивляет и заставляет восхититься общество, которое «производит» так много альпинистов. Впрочем, есть еще ДВЕ похожие точки на планете. Климат, условия жизни, культура – все разное. Но! В течение многих лет я убедился, что именно здесь чувствую себя комфортней всего. Где количество людей, интересующихся горами переваливает «критическую» отметку. Помимо северной части Испании этирайоны – Польша и город Бергамо.

Прогуливаясь, ты спрашиваешь, куда повернуть, а прохожий в ответ начинает рассказывать, что в газете сегодня опубликована статья про альпиниаду. Или водитель автобуса, видя в тебе иностранца, узнав что приехал лазить по горам,  говорит как его брат в прошлом году сходил на восьмитысячник Чо-Ойю.

А на улице в центре Бильбао человек кидается к тебе с криком: «Помнишь на горе Горбеа в тумане фотографировались? Меня зовут Гонсало!» Когда в кафе с утра основной темой обсуждения становится смерть альпиниста.
Что я сделал за 2013 год? Если честно взглянуть правде в глаза, то – ничего. Едва выдержал - прошел кошмарами потерь и разбитыми надеждами. После смерти Алексея Болотова с трудом вижу себя в зеркале – стыдно и больно. Стареем, дружище, стареем… Двадцать лет, как я познакомился с Болотовым на леднике Северный Иныльчек. И вот – иных уж нет, а те – далече… Из Казахстана я иммигрировал. Чтобы дышать на улице Москвы холодным безработным воздухом.
  - Почему у вас снаряга висит не пристегнута? – спросил Екатерину Яцуценко, менеджера магазина Ледниковый Период.
- В смысле?! – удивилась она.
- Вот френды… несколько штук торчат из стенда.
- Чтобы люди пробовали, решали – нравится им, или нет.
- Так ведь любой может взять в карман, - почесал я затылок. – И тю-тю…
Интеллигентный Ваня сочувственно поглядел на меня, вздохнул:
- У нас все на доверии. Ценим покупателей, уважаем себя.
- Чужие здесь не ходят! – подхватил Артем Браун.
В этот момент Кит, орудовавший с компьютером, повернулся и доложил, что техника готова. Мол, можешь начинать.
- Празднуем Новый Год. За окном холодно, - сказал я. – Значит, будем говорить о зиме.
В магазинеЛедниковый Период собралось полтора десятка человек. Мысленно я низко поклонился им, и организовал небольшой рассказ о зимнем альпинизме. Об истории, своих проектах в Туюксу и Баянколе – что опасного, как готовиться, организовывать логистику, в чем плюсы и минусы разных тактических решений. Не ручаюсь за зрителей, но мне было интересно. Как в Трамонтане и на Дальнем Востоке. Эти две точки мира вместе с Айс-Эйджем в последние несколько лет составили мой треугольник на российских просторах. Как Баскония с Польшей и Бергамо – в Европе.
Опираясь на такие ментальные конструкции можно вырваться из любого замкнутого круга. Поздравляю Читателей моего Блога и книг с Новым Годом! Желаю не попадать в сложные ситуации :) и радоваться жизни, помогать друзьям. Пусть все будет ХА-РА-ШО!


  1. Немного грустно. И невольно задумываешься о завтра и о своем месте.
    С наступающим Новым годом!! Удачи и хорошей погоды в будущих экспедициях! И больше книг :)

  2. Отлично пишете, Господин Урубко! Обычно я начинаю с просмотра всех фоток а потом читаю текст. А вот сейчас всё прочитал а фотки ещё не успел посмотреть. Щас, нажму кнопку "отправить сообщение" (опубликовать), а потом буду фотки смотреть.
    (Пётр, США).


leave Your comment, please :) оставьте Ваш комментарий, пожалуйста