Przhevalsky. Пржевальский.

Actually, about the traveller Przhevalsky at me never was any certain opinion, as well as the relation. So – was and was … the great man! Too academic there was a person. Too linking and beaten by stamps.

But here it is necessary such to happen, that one of its citations … «Travels would lose half of charm if it would be impossible to tell about them». Means, unlike me, Przhevalsky, obviously, was the fine story-teller.

Being besides, conformed to its biographers, necessary interesting relation Przhevalsky to an opposite sex - to women. You only get a grasp: «the Przhevalsky’s biographer M.A.Engelgardt writes «More than all he did not love women, named them “the visionary” and too-much speaking… and positively ran out off them ». However in house of N.M. Przhevalsky there are some photos of women which were not indifferent to Nikolay Mihajlovich. Przhevalsky kept the photo of Taisia Nuromskaya».

Hence, he liked women, besides, the young. He was impressed by them romantically and beautifully – with nerves, poetic and other nonsense. Besides, it is possible to be correlated with his diary: «I will not change to a coffin to that ideal to which all my life is devoted. Having written that is necessary, again I will wave in desert where at absolute freedom and at business to liking, of course, hundred крат I will be happier, rather than in раззолоченных salons which can be got by marriage».

He did in vain, certainly. As maximalism blows. And here children, admittedly, at Przhevalsky does not remain. Hence, in this world it has not executed the biological category. In vain also. The Guy was interesting. Here only … very much he has reminded me Stalin. Yes-yes, that Joseph Vissarionovich. Well also I read at once somewhere, that Przhevalsky spent the night somehow on a visit at their family … Ah! Hearings, hearings …

In general, I will study further. To read the literature, to search Nikolay Mihajlovich's for published diaries. Therefore as it is interested extremely.

And there is still a top of a name Przhevalsky. Which in 1974 Joury Popenko's team has subdued in a forehead by the North-West wall. This mountain in glacier upper courses Northern Inylchek - in such hole, a dense corner of artful designs Meredionalny ridge with crest Tengri-Tag towers. There, in a southwest corner of a glacier, in its most distant part on extreme height two rocky triangles rise, being imposed by one on another.

From under them to bottom fall down the a little accurately issued buttresses - the black lines divided by equal white planes. It seems, that the giant rocky bulk leans them as thin feelers of an unknown monster … leans against a glacier, walks on it.

In ancient sources Przhevalskogo peak often called «peak of Nikolay Mihajlovich » - so it has been named for the first time in 1902. Expedition was organised by G.Mertsbaher put before itself aim to find pass to peak of Khan-Tengri and it has started to search for this pass through gorge Bayankol. He has not reached the Ultimate goal, but became the first European who has seen huge massif which named the Marble wall. And nearby on the right to it other top it has opened named peak of Grand duke Nikolay Mihajlovich, during that time of the chairman of Russian Geographical society. This black pyramid an edge looks out over tops of the Sarydzhassky ridge, and obviously dominates on height it is necessary to all around. It’s height - about 6250 metres.

This is the first view to Khan-Tengry from North Inylchek glacier in 1930 - photo of expedition of N.Gusev, that reached this valley throw difficult pass Proletarskoy Pechati (4800). Is possible to see the peak of Przhevalsky in the deep.


The map of uppear part of N.Inylchek glacier

Карта верховий ледника С.Иныльчек


Собственно, о путешественнике Пржевальском у меня никогда не было никакого мнения, как и отношения. Ну – был и был… великий! Слишком уж академическая выходила личность. Слишком зататуированный и избитый штампами.

Но вот надо ж такому случиться, что попала на глаза одна из его цитат… «Путешествия потеряли бы половину своей прелести, если бы о них нельзя было бы рассказывать». Значит, в отличие от меня, Пржевальский был прекрасным рассказчиком.

Кроме того, сообразуясь с его биографами, следовало интересное отношение Пржевальского к противоположному полу – к женщинам. Вы только вчитайтесь: «Биограф Пржевальского М. А. Энгельгардт пишет «Пуще всего не любил он женщин, называл их фантазерками и судашницами…и положительно бегал от них». Однако в Доме-музее Н. М. Пржевальского есть несколько фотографий женщин, которые были небезразличны Николаю Михайловичу. Пржевальский хранил фотопортрет Таси Нуромской».

Следовательно, женщины ему нравились, притом, молодые. Впечатлялся он ими романтично и красиво – с переживаниями, артистизмом и прочей ерундой. Опять же, можно соотнестись с его дневником: «Не изменю до гроба тому идеалу, которому посвящена вся моя жизнь. Написав что нужно, снова махну в пустыню, где при абсолютной свободе и у дела по душе, конечно, буду сто крат счастливее, нежели в раззолоченных салонах, которые можно приобрести женитьбою».

Это он зря, конечно. Максимализмом веет. А вот детей, по общему признанию, у Пржевальского не осталось. Следовательно, свою биологическую категорию на этом свете он не исполнил. И тоже – зря. Парень-то был интересный. Вот только… очень он мне напомнил Сталина. Да-да, того самого Иосифа Виссарионовича. Однажды прочитал я где-то, что Пржевальский ночевал как-то в гостях у их семейства… Ах! слухи, слухи…

В общем, буду изучать дальше. Читать литературу, искать опубликованные дневники Николая Михайловича. Потому как заинтересован неимоверно.

А есть еще вершина имени Пржевальского. Которую в 1974 году команда Юрия Попенко покорила в лоб по Северо-Западной стене. Возвышается эта гора в верховьях ледника Северный Иныльчек – в этаком закутке, дремучем углу хитросплетений Меридионального хребта с гребнем Тенгри-Таг. Там, в юго-западном краю ледника, в самой его дальней части на неимоверную высоту вздымаются два скальных треугольника, накладываясь один на другой.

Из-под них к подножию спадают несколько четко оформленных контрфорсов – черных линий, разделенных ровными белыми плоскостями. Кажется, что исполинская скальная громада опирается ими, как тонкими щупальцами неведомого чудища… опирается на ледник, шагает по нему.

В старинных источниках пик Пржевальского часто именовали «пик Николая Михайловича» - именно так он был впервые назван еще в 1902 году. Экспедиция организованная Г. Мерцбахером ставила перед собой цель найти проход к пику Хан-Тенгри и он начал искать этот проход через ущелье Баянкол. Конечной цели он не достиг, но стал первым европейцем, увидевшим огромную вершину, которую назвал Мраморная стена. А рядом справа ему открылась другая вершина он назвал пиком Великого князя Николая Михайловича, в ту пору председателя Русского Географического общества. Эта черная пирамида острием выглядывает над вершинами Сарыджасского хребта, и явно доминирует по высоте надо всем окрест. Высота ее – около 6250 метров.

Первый взгляд на Хан-Тенгри с ледника Северный Иныльчек - фото сделано экспедицией Н.Гусева в 1930 году. Они достигли этого ущелья через трудный перевал Пролетарской Печати (4800). Пик Пржевальского тоже есть в этом кадре.